Вечность

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Вечность


  
У меня нет моральных сил.
Я буду вести сообщество, когда мне станет лучше...


­­


Тест - Подробнее…http://beon.ru/tests/1122-370.html
понедельник, 19 ноября 2018 г.
Отдых - не для героев Coldminded 15:31:29
На Силверсан стрип было тихо. Утро понедельника в развлекательном квартале было самым бесшумным временем для всех.
И тех, кто развлекался, и тех, кто развлекал. Несмотря на то, что никуда не надо было сегодня идти, Джон проснулся слишком рано.
«Нормандия» все еще была на техническом обслуживании, и все заботы по сплочению сил галактики против общего врага были отложены на неопределенный срок.
Джокер уже третий день околачивался в ремонтных доках, не в силах дождаться, когда его любимую «птичку» приведут в порядок.
От Андерсона вестей еще не было, Хакет обещал связаться через пару дней, так как был занят планированием обороны Земли, куда уже ударили Жнецы.
Урднот Рекс ответил положительно на предложение провести переговоры с турианским Примархом, но эта встреча состоится не раньше, чем через неделю,
так что сейчас Шепард старался абстрагироваться от своей невозможности сделать хоть что-нибудь. Лиара же, видя, как он мучается от бессилия и жажды деятельности,
постаралась успокоить его и дала очень полезный совет — отдохнуть, пока есть возможность, ведь от усталости и отсутствия сосредоточенности коммандер
ничем не сможет помочь ни на поле боя, ни за столом переговоров. После этих слов Джон как-то успокоился и принял эти несколько дней безделья как неизбежное.
Подробнее…
Шепард повернул голову вправо и залюбовался прекрасным лазурным лицом спящей Лиары. Она выглядела такой умиротворенной, что Джон непроизвольно улыбнулся и погладил тыльной стороной ладони по ее щеке. Азари смешно наморщила носик, но не проснулась. Шепард тихонько выбрался из кровати, аккуратно вытащив руку из-под головы Лиары.
Глобальная вечеринка, которую устроил Шепард после всей этой беготни с клоном, отгремела еще пять дней назад, но разгромленную квартиру Джон до сих пор так и не успел до конца привести в порядок. Шкаф в оружейной был сломан протаранившим его Рексом, так что сегодня Шепард собирался заказать новый. Но только теперь с большим сейфом, в рост человека, для брони и оружия. Благо, совсем рядом был магазин с доставкой. Но эта услуга у них предоставлялась только до дверей квартиры, так что тащить этого монстра скорее всего придется своими силами.
Приняв душ, а заодно и почистив зубы, Шепард переоделся в чистую одежду и направился на первый этаж к терминалу — ему было нужно сделать несколько звонков. Первым делом он позвонил, конечно же, своей правой руке и лучшему другу — Гаррусу Вакариану. Судя по голосу, турианец был бодр и свеж, как-будто проснулся как минимум пару часов назад.

— Шепард? Что-то случилось? Не ожидал от тебя звонка в такую рань, — прозвучал голос Гарруса из динамика терминала.
— Ничего не случилось, друг мой. Но вот кое-какая помощь мне от тебя нужна. И еще… Где сейчас Вега, не знаешь?
— Вчера в баре казино его встречал в компании двух девиц, но потом он как-то резко исчез из поля зрения. Найти его?
— Я оставлю ему сообщение на уни, но если найдешь — бери его в охапку и дуйте ко мне. Надо будет подвигать кое-что, — ответил Джон.
— Заинтриговал, — усмехнулся Вакариан. — Будем у тебя в течение часа.

Шепард завершил сеанс связи и набрал сообщение для Джеймса с терминала. Отправив его на уни-инструмент Веги, Джон отключил терминал и направился в магазин, который находился в том же здании, что и квартира Шепарда, принадлежащем компании «Tiberius Towers».
В витринах «Home Spun» находилось много разнообразной мебели. Подойдя к одной из них, Джон застыл у стекла и растерялся. Азари в фирменной одежде с логотипом магазина тут же подошла к нему и поинтересовалась:
— Добрый день, вы уже выбрали что-то, или вам помочь?
— Эээ, мисс… Мне нужен шкаф, — вышел из оцепенения Джон.
— Отлично! У нас есть шкафы, которые подойдут к любому интерьеру. У нас работают лучшие дизайнеры и будьте уверены…
— Мне нужен не то чтобы шкаф, — перебил азари Шепард. — Скорее сейф для брони и оружия. И покрепче, чтобы удар головы крогана мог выдержать.
— Сейф? — очень неуверенно протянула менеджер. — Боюсь, сэр, что сейфами мы не занимаемся. Могу предложить вам обратиться в «Армакс Арсенал», у них офис тут недалеко, прямо по аллее, — азари махнула рукой в сторону выхода.

Джон вежливо попрощался и вышел, по пути столкнувшись в дверях с Гаррусом, который буквально нес на себе Джеймса. Вега был сильно помят и слабо сопротивлялся, но турианец крепко держал его под руку. Джон только брови удивленно приподнял. Он знал, что Гаррус ответственный парень: сказали привести Вегу — нашел и привел. А в каком уж состоянии этот объект, для такого солдата, как Вакариан было неважно. Приказ есть приказ.
— Доставлен в целости, но не в очень здравии, — сказал Гаррус, приветствуя капитана.
— Где ты его нашел? — спросил Джон, подхватывая Вегу под вторую руку.
— Ну, это долгая история, и не здесь ее рассказывать, — вполголоса проговорил турианец и выразительно округлил глаза.
— Тащи его в квартиру и подходи в офис «Армакс Арсенал», я хочу прикупить кое-что, и мне нужна твоя помощь, — Шепард набрал на уни-инструменте код доступа в апартаменты и переслал его турианцу.
— Неужели ML-77 в последней комплектации? — спросил Гаррус, и его глаза загорелись. Он даже отвлекся от Джеймса, и тот почти сполз на землю.
— Извини, Гаррус, но вооружением мы займемся позже, а пока все более приземленно. Кинь это тело на диван и подходи.

Когда Вакариан с еле волочащим ноги Джеймсом скрылись в дверях, Шепард направился к виднеющемуся вдалеке, горящему красным цветом логотипу «Армакс Арсенал». Неоновые и голографические вывески ярко мерцали и переливались всеми цветами радуги, но посмотреть на это великолепие могли сейчас только те, кто не спал в такое раннее утро на Цитадели. Джон шел по аллее и наслаждался тишиной, нарушаемой только шумом пролетающих, то там, то тут, аэрокаров.

В офисе его встретила молодая женщина в бело-красном комбинезоне, стилизованном под военную броню.
— Добро пожаловать в «Армакс Арсенал», — отчеканила она, чуть ли не щелкнув каблуками.
— Девушка, добрый день. Хочу приобрести сейф для оружия и брони, — сразу с порога начал Шепард.
— Вы попали как раз туда, куда надо, — сказала девушка, приглашая Джона пройти в торговый зал, где на витринах лежало разнообразное оружие. — У нас большой выбор сейфов любых размеров и степени защиты.
Продавец открыла на терминале витрины каталог и небрежным движением пальцев начала перелистывать изображения товаров. Дойдя до нужного раздела, она остановилась и вывела на экран список сейфов с описанием, параметрами и небольшим изображением каждого из них. Джон не предполагал, что выбор и правда настолько большой. Он задумчиво перебирал варианты, увеличивая то один, то другой. За этим занятием и застал его подошедший Гаррус.
— Бери этот, — уверенно ткнул когтем в голограмму турианец. — Это самая совершенная модель «Варлок-451». Огнестойкий сейф пятого класса, внутри которого устанавливается взломостойкий бокс с небольшим добавлением нулевого элемента. Комбинированный биометрический и электронный замок. Фасадная панель из толстой стальной пластины двенадцать миллиметров. Имеет систему вентиляции, отвечающую за циркуляцию воздуха, для сухого хранения.
Девушка восхищенно посмотрела на Гарруса.
— Сэр очень точно все рассказал, — добавила она. — Это новейшая модель в самой лучшей комплектации.
— Гаррус! Откуда такие познания? — удивленно спросил Джон турианца. Вакариан, скромно опустив голову, пробормотал что-то типа: «Было дело… интересовался…»
— Мы его берем, — уверенно сказал Шепард, повернувшись к девушке. Мельком взглянув на цену, Джон поперхнулся, но давать задний ход было уже как-то неловко.
— Оформить вам доставку, сэр? — спросила менеджер, одновременно что-то быстро набирая на терминале. Шепард, подсчитав в уме стоимость этого «Варлока» вместе с доставкой, отрицательно покачал головой.
— Мой дом относительно недалеко, думаем, что справимся сами, — сказал он, расправляя широкие плечи. Девушка скользнула по груди Джона оценивающим взглядом и, вздохнув, сказала:
— Я не сомневаюсь в ваших силах, сэр, но рекомендую найти в подмогу кого-нибудь еще: «Варлок» весит около двухсот двадцати килограмм.

Джон почесал голову, задумавшись. Будь они оба в броне с сервоусилителями, дотащили бы влегкую, а так… Джокер отпадает — с его болезнью он сломается пополам раньше, чем сейф с места сдвинется. Лиара — биотик, и она могла бы помочь, не участвуя физически, но Джону очень не хотелось ее будить. Против использования Эшли была ее принадлежность к слабому полу, так как Шепард просто не смог бы припахать женщину, хоть и солдата Альянса, таскать тяжести. По той же причине Джон не захотел звонить СУЗИ. Синтетик могла бы помочь, но капитан не мог не видеть в ней женщину, особенно с такими формами, как у нее. Поэтому Шепард набрал на уни-инструменте номер Явика.

Протеанин появился через некоторое время, так как находился неподалеку.
— Явик! — обрадовался Гаррус. — Друг мой, где тебя носило?
— Наблюдал за примитивами, — отозвался Явик, поморщившись от панибратского обращения турианца.
— Ты что, всю ночь провел на обзорной площадке Цитадели? — удивившись, спросил Шепард.
— Примитивы довольно забавные, когда не подозревают, что за ними наблюдают, — отозвался протеанин. — Чем я могу помочь?
— Надо дотащить сейф до моей квартиры, — ответил Джон. В это время в торговый зал из широкой двери склада выехал управляемый автопогрузчик с большой коробкой. Менеджер «Армакс Арсенал» нажала кнопку выгрузки и легко спрыгнула на пол. Пока коробка медленно опускалась, она протянула Шепарду датапад с документами на оплату. Джон, активировав уни-инструмент, перевел нужную сумму на счет «Армакс Арсенал».
— Большое спасибо, — улыбнулась девушка. — Приятного использования. Инструкция по сборке и настройке внутри. Вы уверены, что вам не нужна доставка? — спросила она, глядя как Гаррус почесывает мандибулу, осматривая габариты сейфа.
— Все хорошо, спасибо. Мы справимся, — успокоил ее Шепард. После этих слов Явик мрачно посмотрел на капитана, но ничего не сказал.

Сейф был тяжелый. Нет, не так. Сейф был невообразимо тяжеленный. Путь до квартиры вдруг оказался не таким уж и коротким. Особенно потому, что приходилось иногда ставить покупку на землю и меняться местами. Последние метры до апартаментов коробку с сейфом получалось только волочь по земле. Затащив кое-как контейнер в квартиру, Джон скомандовал перерыв. Явик с ненавистью пнул коробку, а Гаррус, увидев лестницу на второй этаж, тихонько заскулил.
Последний рывок дался им нелегко. Сейф то и дело норовил спуститься с лестницы самостоятельно, но троица не допустила подобного произвола, и вскоре злополучный контейнер сдался. Вход в оружейную комнату находился внутри спальни Шепарда. Навалившись на лежащую коробку, друзья затолкали ее на место и подняли, чтобы она стояла вертикально.
— Если мы поставили его вверх ногами, то я застрелюсь, потому что переворачивать ее назад у меня просто не хватит сил и терпения, — сказал Гаррус, потирая плечо.
— На задней стенке коробки нарисована стрелочка вверх, — сказал Явик, осматривая контейнер со всех сторон.
— Это отличные новости, — устало ответил Шепард и вышел из оружейной в спальню.

Лиара, судя по всему, давно встала и убежала по своим делам, так как возле подушки лежало небольшое сердечко из тонкого пластика, на котором красивым почерком было нацарапано «Люблю». Шепард положил записку в карман и заглянул обратно в небольшую комнату, где уже возле распакованной покупки возился турианец. Вписалась эта бандура идеально. После установки сейфа, Явик сослался, на какие-то планы и, не попрощавшись, ушел. Вакариан же наоборот, вызвался настроить биометрический замок и по гребень закопался в электронной начинке нового приобретения. Он лишь мельком глянул на инструкцию к настройке замков, и откинул ее в сторону.
— Коммандер, приложи сюда палец. Вот так, — приговаривал турианец. — Теперь введи свой код. Шесть цифр. Я даже отвернусь, Шепард.
Джон набрал код и отсканировал отпечаток пальца. Табло выдало зеленую надпись «Принято». Гаррус удовлетворенно кивнул и помахал рукой, дескать, можешь идти, я тут и без тебя дальше справлюсь.

Шепард вышел из комнаты и крикнул турианцу, чтобы тот спускался вниз, но Гаррус все никак не хотел отходить от сейфа, что-то пробормотав про «калибровку». Джон спустился по лестнице на первый этаж и направился на кухню, чтобы взять из холодильника баночку пива. Из гостиной с дивана раздался хриплый стон: «Пить…»
— Черт, Вега! Я про тебя и забыл совсем, — воскликнул Шепард и прихватил из холодильника вторую баночку. Сев рядом с Джеймсом на диван, он заботливо открыл пиво и протянул товарищу. Вега жадно присосался к банке, даже не поднимая головы от диванной подушки.
— Где ж ты так, мой друг, нафигачился? — сочувствующим голосом спросил Джеймса Шепард. Вега осушил емкость и, уронив ее на пол, произнес:
— Эти чертовы азари всю душу из меня вытрясли.
— Какие азари? — спросил Джон, но Джеймс уже отрубился, громко захрапев. Шепард допил свое пиво и, подняв с пола брошенную Вегой банку, зашел обратно на кухню. Там он открыл холодильник и уставился в него, подумывая, что бы съесть. В этот момент из кабинета раздался сигнал интеркома. Шепард с сожалением закрыл холодильник и направился в кабинет. Там он обнаружил протеанина, внимательно рассматривающего статуэтку волуса.
— Явик! Я думал, что ты давно ушел, — воскликнул Шепард.
— Ты никогда не представлял себе такую картину: просыпаешься, а вокруг тебя, вместо таких же разумных как ты, одни насекомые?
— Так! Подожди, не забудь свой вопрос, я сейчас подойду, — Шепард отвернулся от протеанина и подбежал к интеркому, сигнал которого настойчиво пищал. На связи была Лиара, и в вызове была пометка «срочно». Джон немедленно ответил на вызов, и из интеркома раздался взволнованный голос Т`Сони:
— Шепард, срочно нужно твое присутствие, у нас сложная дипломатическая ситуация.
— Что случилось? — Джон устало потер лоб.
— Грант на грани войны с элкорами, и я не могу его успокоить. Джон, уйми его! — очень громко произнесла Лиара. На заднем фоне слышалось рычание крогана и монотонный бубнеж элкорской речи.
— Сейчас будем, — сказал Шепард и, отключив связь, повернулся к протеанину. — Явик, как у тебя с дипломатией? Сможешь предотвратить войну элкора с кроганом?
— Может, лучше поступим, как в прошлый раз в вашем цикле? Или генофаг — оружие одноразовое? — не моргнув ни одним глазом, ответил протеанин.
— Я не всегда понимаю твой юмор, — вздохнул Джон и направился к выходу.
— А я вообще никогда не шучу, — буркнул Явик и направился следом.

Проходя мимо лестницы на второй этаж, Шепард крикнул Гаррусу, чтобы тот их догонял. Услышав утвердительный ответ турианца, Джон накинул куртку и сунул пистолет в наплечную кобуру. Затем они с Явиком направились к месту происшествия, которое указала им Лиара.
Прямо у входа в казино «Silver Coast» стояла толпа. Рядом находились два аэрокара СБЦ и «Скорая помощь». Увидев красный крест, Шепард ускорил шаг, пытаясь пробраться через плотную стену тел, которые жаждали посмотреть бесплатное представление. Шепард испытал острое чувство дежавю. В центре стояло двое элкоров, около которых переминался с ноги на ногу турианец в форме СБЦ и с оружием. Напротив пары находился Грант, но того держали четверо сотрудников службы, и было видно, что это им удается с трудом. Рядом с ними стояла Лиара и пыталась что-то втолковать крогану, но тот только яростно рычал, и было очень тяжело разобрать его слова. Джон жестом дал понять Лиаре, что он разберется сам, и подошел к турианцу, который, по-видимому, был главным среди наряда, приехавшего на место происшествия.
— Добрый день, офицер. Я Джон Шепард, Спектр, — представился капитан. — Этот кроган — член экипажа моего корабля. Что он натворил?
— Кроган нанес оскорбление уважаемым гражданам расы элкоров. Они согласны не раздувать конфликт, если член вашего экипажа принесет свои извинения.
— Грант? — Джон посмотрел на крогана.
— Никого я не оскорблял, — прорычал кроган. — Отвали! — крикнул он держащему его человеку и дернул рукой. От рывка сотрудник Службы не удержался на ногах и свалился на землю.
— Что случилось, Грант? — настаивал Шепард.
— Я шел в казино, никого не трогал. Вдруг отвлекся и случайно наступил этой громадине на ногу, — начал Грант.
— Возмущенно. Я говорил, что это не нога, а рука, — прогундел один из элкоров, видимо, как раз пострадавший.
— Снова началось! — взревел возмущенный кроган. — Ну какая же это рука, если она на земле стоит?
— Обвиняюще. Это расизм и оскорбление личности, — монотонно произнес элкор. — Экспрессивно. Я это так не оставлю, требую извинений.
— Да я ж извинился, что еще надо- то ? — Грант дернул второй рукой, и еще один безопасник полетел на землю, не удержав равновесия.
— Обиженно. Извинений за оскорбление расы элкоров вами не произносилось, — произнес второй элкор.
— Да не оскорблял я вашу долбанную расу! — зарычал кроган, и Шепард понял, что ему пора вмешаться.
— Грант, а ну быстро извинись перед этими гражданами! — сказал он крогану, строго посмотрев на него. Затем повернулся к элкорам и турианцу: — Вы уж простите его. Он же по сути совсем еще ребенок, всего пару лет как вылупился из инкубатора и еще не очень воспитан.
— Может уважаемые представители расы элкоров могли бы пройти вместе со мной к посольству, и мы бы уладили этот вопрос мирным путем? — вмешалась подошедшая Лиара.
— С сомнением. Не уверен, но можно попробовать, — произнес обиженный элкор, и они медленно двинулись в сторону стоянки такси, сопровождаемые Лиарой, которая не останавливаясь, что-то объясняла этим двум громадинам.
— Я так понимаю, что обвинения не будет? — спросил сотрудник СБЦ, затем опустил винтовку и крикнул своим людям, которые держали Гранта: — Сворачиваемся, ребята. Отбой!

Безопасники с облегчением отпустили крогана и направились к аэрокару с эмблемой СБЦ на борту. Шепард подошел к Гранту, который поправлял на себе элементы легкой брони, с которой не расставался даже на Цитадели в увольнительной. Толпа зевак потихоньку расходилась, лишившись интересного зрелища. К сопартийцам подошел Явик, посмеиваясь.
— Что такого смешного? — обиженно буркнул Грант.
— В моем цикле мы бы не стали тратить время на выяснения, просто пристрелили бы крогана, — ответил протеанин. Грант зарычал и приготовился броситься на Явика, но Джон встал межд ними и заглянул Гранту прямо в морду.
— Отставить! Ты, — он ткнул пальцем в грудь крогану, — марш в доки к Джокеру! Он уже три дня у меня помощь клянчит, боится, что местные работяги ему обшивку поцарапают. А ты, — Джон повернулся к протеанину, — отправляйся в посольство элкоров, узнай как там дела у Лиары и окажи ей поддержку в лице одной боевой единицы. Приказы капитана не обсуждаются. Выполнять! — гаркнул Шепард.
Ни кроган, ни протеанин спорить с капитаном не захотели, поэтому оба развернулись и направились в разные стороны. В это же время на уни-инструмент Шепарда поступил сигнал от Джокера. Вызов шел непосредственно с панели управления на «Нормандии». Джон ответил, и сразу же раздался отчаянный вопль пилота:
— Командир! Это беспредел! Эти идиоты-инженеры из Альянса разворотили мне тут полстены, пытаясь добраться до силового кабеля. А он! И так! Был! В порядке! — к концу фразы голос Джокера почти перешел на ультразвук. — А еще они, ковыряясь снаружи около главной батареи, ерзали своими толстыми задницами по стволу «Таникса» и сбили к чертям все настройки! Гаррус будет в ярости! Это же все заново калибровать придется!
— Ну, думаю, что Гаррусу это будет только в радость, — посмеиваясь, сказал Джон. — Не паникуй, Джокер, я к тебе там Гранта на подмогу отправил. Можешь распоряжаться им на свое усмотрение. Скажи — приказ капитана.

Закончив разговор, Шепард призадумался: а где же Гаррус? Ведь он должен был прийти за ними к месту инцидента с элкорами. «Наверное опять застрял за калибровкой, маньяк чертов! Ему что „Таникс”, что сейф», — думал Джон по пути в апартаменты. Прямо в дверях он столкнулся с Вегой. Тот еще как следует не протрезвел, потому что его довольно сильно шатало, и разило спиртным на несколько метров вокруг.
— Коммандер! — обрадовался Джеймс. — А как я оказался у тебя дома? Меня что ли азари принесли, — Вега опасливо оглянулся по сторонам.
— Тебя принес один очень исполнительный турианец, — усмехнулся Шепард. — А, кстати, ты его видел? Гаррус еще там? — Джон махнул рукой в сторону своей квартиры.
— Ну, когда я выходил, в доме никого не было. Но я не особенно проверял, в общем-то, — Джеймс почесал затылок.
— Ладно, Вега. Иди, проспись, поешь и прими, наконец, душ, — сказал Шепард. — Когда я тебя увижу в следующий раз, ты должен быть похож на бойца, а не на… это.
Джон ткнул пальцем в грудь сопартийца. Вега неловко отдал честь и, пошатываясь, двинулся по аллее в сторону терминала вызова такси. Шепард проводил его взглядом и осуждающе покачал головой.

Гарруса в квартире не оказалось. Джон обошел все помещения и даже заглянул в душевую на втором этаже, но турианец, видимо, уже ушел. Джон отправил ему вызов на уни-инструмент, но тот не ответил.
Шепард немного посидел в кабинете — разобрал почту, подписал несколько отчетов по расходам, проверил список оборудования и продуктов питания, поступивших на склад «Нормандии». Проведя таким образом пару часов, Джон устало потер лицо и вызвал корабль через терминал, надеясь, что застанет Джокера на своем месте.
— Капитан? — сразу же отозвался пилот.
— Как там обстановка? Когда сможем лететь? — спросил Шепард.
— Сегодня к вечеру обещали все закончить. Хотел сюрприз сделать, но ты позвонил раньше. Сейчас заносим последнее в грузовой отсек.
— Отличные новости, Джефф. Слушай, ты Гарруса не видел?
— Вроде видел в космопорте сегодня, но не уверен, что это был Вакариан, так как он целенаправленно шел к одному из турианских десантных кораблей.
— Куда он мог направиться? — размышлял вслух Джон. — Ладно, Джефф. Если увидишь эту турианскую морду, скажи ему, чтобы связался со мной.
— Ай-ай, сэр! — гаркнул Джокер и отключил связь. И тут же прозвучал сигнал вызова от Лиары.
— Джон, ты в квартире? Прекрасно! Никуда не уходи, я сейчас приду, — быстро проговорила азари, не позволив вставить Шепарду ни слова. Джон откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и улыбнулся.

Лиара не заставила себя ждать, наверное, звонила уже на подходе. Электронный замок распознал Т`Сони, так как она была внесена в список имеющих доступ к квартире. Девушка зашла в помещение и сразу же оказалась в объятьях Шепарда.
— Ты меня караулил? — улыбнулась она. Было видно, что это ей очень приятно.
— Боялся пропустить момент твоего прихода, — ответил Джон и поцеловал азари в губы. Лиара ответила на поцелуй, а затем легко освободилась из его объятий и потянула Шепарда за руку, в сторону лестницы наверх.
— Джокер сказал, что мы сегодня вечером улетаем, так что я решила, что надо провести оставшееся время с пользой, — говорила Лиара, поднимаясь на второй этаж.
— Отличная идея, — сказал Джон и подхватил азари на руки.
Так, держа ее на руках, Шепард дошел до кровати. Затем аккуратно положил азари на мягкую поверхность и лег рядом, одной рукой придерживая Лиару за голову чуть ниже гребня, чтобы удобнее было ее целовать. Руки девушки обвили его шею, а ногу она закинула на бедро Джона. Не отрываясь от губ Лиары, Шепард начал расстегивать на ней одежду. Т`Сони в ответ начала делать то же самое. Она немного приподнялась и оказалась лежащей на Джоне. Шепард попытался перекатиться, чтобы оказаться сверху, но не рассчитал, и они вместе с грохотом свалились с кровати на пол. Раздались ругательства Шепарда и звонкий смех Лиары, затем все стихло, лишь редкие всполохи биотики и негромкие стоны нарушали тишину в спальне…

Шепард лежал на боку, опираясь на локоть и смотрел в глаза самой прекрасной девушки. Лиара тоже молча смотрела на мужчину, как будто пытаясь запомнить его лицо в мельчайших подробностях.
— Что-то случилось? — нарушил тишину Шепард. — Ты как-то резко погрустнела.
— Мне страшно, Джон, — ответила Лиара. — Страшно, что я могу потерять тебя.
— Что бы не случилось. В жизни или смерти, ты никогда не потеряешь меня. Я навсегда останусь тут, — он коснулся ее лба, — и тут, — его рука тронула место, где у азари располагалось сердце.
Лиара прижалась щекой к груди Шепарда и закрыла глаза. Так они лежали в тишине, наслаждаясь близостью друг друга какое-то время.
Вдруг Лиара подняла голову и посмотрела на Джона.
— Ты слышал это? — она обеспокоенно повертела головой, прислушиваясь.
— Что? — Шепард сел на кровати, — Что слышал?
— Какое-то шуршание, легкое. Неужели ты не слышишь? — спросила Лиара.
Джон замолчал и прислушался. Где-то очень тихо, еле уловимо, слышался шорох и легкое постукивание. Шепард встал с кровати и медленно пошел на звук, пытаясь вычислить направление. Около оружейной поскребывание стало более отчетливым и, казалось, что звук идет прямо из нового супер-навороченного сейфа. Джон приложил к сканеру палец левой руки, а правой набрал шестизначный код на панели рядом. Дверь открылась, и из сейфа на мужчину вывалилось что-то огромное, Джон даже не успел понять — что. Не удержав равновесие, Шепард рухнул на спину прямо в проем двери, ведущей в спальню, а сверху на него свалился достаточно тяжелый турианец.
— Прошу прощения, — охрипшим голосом прошелестел Вакариан.
— Гаррус! Ты что здесь делаешь? — удивленно воскликнул Шепард.
Турианец приподнял голову, и его взгляд задержался на обнаженной азари, которая стояла около кровати, обеспокоенно вглядываясь в происходящее.
— Лиара, я так рад тебя видеть, — его лицо расплылось в довольной улыбке. Т`Сони взвизгнула и схватила одеяло, пытаясь прикрыть хоть что-нибудь. Шепард скинул турианца с себя и поднялся на ноги. Затем он подал руку Гаррусу и помог встать и ему.
— Зачем ты прятался в сейфе? — спросил он турианца.
— Джон, вот ты вроде взрослый мужик, а такие вопросы глупые задаешь, — поднимаясь, ответил Гаррус. — Я не прятался в сейфе. Твой долбанный сейф хотел меня убить, — турианец пошатываясь направился к двери на лестницу, продолжая бормотать себе в мандибулы: — Пойду выпью что-нибудь. И съем. Я в этой камере строгого режима провел не один час.
Джон и Лиара удивленно переглянулись.
— Ты что-нибудь понял? — спросила Лиара.
— Не совсем, но думаю, что Вакариан нам расскажет об этом потом. А он еще не знает, что его ждет на корабле, — усмехнулся Шепард и пошел надевать штаны. Этот вынужденный отпуск подходил к концу.


Mass Effect
Восхождение "Цербера" Coldminded 15:31:22
Обломки легендарного космического фрегата. Давид, сокрушивший Голиафа, теперь не больше, чем паззл из космического мусора на орбите очередной безымянной планеты.
Мозаика из одиннадцати тысяч четырехсот пятидесяти четырех фрагментов. Но всегда найдется лишний элемент. Капитаны не бегут с кораблей.
Абсолютный ноль, бескрайний вакуум и радиация — плохой коктейль даже для несокрушимого крогана. Скафандр поврежден, щиты упали, кислород кончился,
все процессы в организме приостанавливаются.­ Последняя надежда отдаляется со скоростью спасательных капсул.
На безымянные планеты падают разные космические тела, но Шепарды — никогда.
Подробнее…

— Просыпайтесь, капитан! Шепард, вы меня слышите? Вылезайте из кровати, на нас напали! — раздалось эхо вокруг Шепарда.
«Что за наглый тон, мать твою, я же сплю», — подумал про себя Шепард.

Следующие полчаса пациент провёл в сомнамбулическом поиске не то покоя, не то выхода из поработившей его дрёмы.

— Кто ты, черт возьми?
— Шепард, вы о чем? Моё имя Миранда Лоусон. Мы только что покинули станцию проекта «Лазарь», где в результате диверсии роботы ЛОКИ начали нападать на персонал.
— «Лазарь»? Что это еще за проект? — недоумевающе спросил Шепард.
— Нет, Шепард, единственной целью этой станции было ваше воскрешение. Как видите, мы справились.
— А может, я просто выспался?

Миранда удивленно смотрела на лицо Шепарда, которое не выражало никаких эмоций. Ее молчание сказало Шепарду о ней больше, чем мог бы сказать ее смех. Шепард прикинул у себя в голове: «Холодная, профессиональная, неприступная. Сорву ее маску позже».

— Шучу. Как говорится, чем больше спишь…кхм. Так куда мы летим?
— Вы должны встретиться с Призраком. Он объяснит всю ситуацию.
— Призрак? Он боится охотников за привидениями или общается через голограмму? О, не отвечай. Я уверен, что он тщеславный, пафосный мужик с комплексами.

«Надеюсь, мы не зря вас воскресили», — подумала про себя Миранда.

Шепард зашел в затемненную комнату в ожидании загадочного человека в кресле из слоновой кости, инкрустированном алмазами. Но возникла только проекция человека.

— Ха! Все-таки голограмма.
— Рад знакомству, капитан…
— К делу, чтоб тебя! Зачем я вам и почему именно вам?
— Понимаю, когда ты на грани жизни и смерти…

Рассказ Призрака казался Шепарду честным. Понятное дело, он что-то не договаривал. Но общий контекст был ясен. Шепард сгинул. И никто даже не стал искать единственного человека, который знает о прибытии Жнецов. Все так же играют в квазар на Цитадели и предаются забвению в «Загробной Жизни» на Омеге.

— Что конкретно мне нужно для вас сделать?
— Мы разместили на планете Терра Нова завод по производству экспериментальных беспилотных истребителей. Завод полностью автоматизирован. Исключение составляют 10 человек технического персонала. Два дня назад мы потеряли с ними связь. Вы должны выяснить, что произошло.

Помимо больших амбиций и воинствующего идеализма, Призрака отличало невероятное деловое чутье. В то время, как ушлые земные магнаты вкладывали кредиты в организацию туризма на Терре, Призрак запустил на планете три исследовательских дрона и одним из первых купил земли, богатые залежами платины. В дальнейшем влиятельность Призрака на Терре только росла, что обеспечило его влиятельными друзьями среди правительства. Тогда и был построен завод по строительству экспериментальных истребителей.

***

— Забавно. Мы с Террой уже знакомы. Пару лет назад я спас её от группы батарианских террористов. Уловила иронию: спас её от террористов, а теперь террорист — я.
— Шепард, понимаю ваш скепсис, но ни «Цербер», ни Призрак не являются террористами…
— Бла-бла-бла. Давай не будем. Я здесь, а значит, пока верю вам. Кажется, мы прилетели.
— Капитан, тут нечто странное. Всё выглядит рабочим, но все входы и выходы заблокированы. Похоже, завод неприступен, капитан.
— Есть какое-то средство связи, чтобы поговорить с персоналом?
— Капитан, с учетом полной изоляции завода, скорее всего персонал отделен от внешнего мира. Вопрос в том, по чьей воле это сделано. В любом случае, они не выйдут на связь, я думаю.
— Миранда, задай дрону целью поиск уязвимых мест.

Дрон совершает три круга вокруг завода по спирали и останавливается висеть в воздухе на третьем этаже.

— Шепард, дрон нашел лазейку. Это окно.
— Ты видишь то же, что и я?
— Персонал заперт внутри.
— Мы можем их вызволить?
— Это военный объект, капитан. Мы можем только силой попасть внутрь.
— Миранда, мне кажется, или тот человек пытается что-то показать дрону?
— Это азбука Морзе.
— Что он говорит?
— Он говорит: Мы. Внутри. Не. Можем. Выйти. ИИ. Сломался.
— ИИ? На заводе был ИИ?
— Капитан, видимо, нет больше смысла утаивать это. Те истребители, которые здесь собирают, должны быть объединены в сеть с помощью искусственного интеллекта. Отряд кораблей, использующих совершенство и непоколебимость искусственной жизни, чтобы быстро решать локальные космические конфликты. Первая партия должна была состоять из 18 истребителей, но я заметила, что в ангаре уже 25 кораблей. Я не знаю, как ИИ захватил контроль над системами.
— Значит, если мы попробуем вторгнуться на территорию завода, ИИ начнет нас атаковать. У нас попросту не хватит времени.
— Боюсь, что да. Шепард, не думаю, что нужно объяснять, сколько бед может причинить распоясавшийся ИИ. Ресурсы завода закончатся через неделю, и тогда ИИ отправит роботов на поиски. Те могут захватить системы соседних поселений. Но не пройдет и недели, как явятся контрабандисты. Они регулярно здесь появляются. Системы рассчитаны на противодействие их оружию, но под контролем ИИ они просто начнут убивать.

Шепард смотрит в окно перед дроном около минуты, затем металлическим голосом произносит:
— Взорвем к чертям завод!

Миранда удивленно смотрит на Шепарда.

— Если ты не заметила, в паре десятков километров отсюда была группа контрабандистов, значит времени остается все меньше. С первым убийством ИИ начнется цепная реакция. Самозащита превратится в ремесло и первый закон робототехники обзаведется поправкой «Любое нахождение формы жизни можно рассматривать, как угрозу другим формам жизни и синтетики». Садись в челнок.

Шепард с Мирандой отлетают на километр от завода.

— ИИ все еще глушит сигнал?
— Да.
— Где ядро ИИ?
— В инженерном отсеке, Капитан, но оно очень старое. Дополнительный аккумулятор — это ядерный мини-реактор. Шепард, если направить взрыв, на воздух взлетит весь завод.
— …
— Шепард?
— Ставь челнок на автопилот и отправь его прямо в реактор… Те люди из персонала — это малая жертва. Если ИИ выйдет за пределы этого завода, это станет пятном на «Цербере», Призраке и, главное, на мне. Будем честны.
Я — символ борьбы и человеческого роста в галактике. Будет плохо. если я вляпаюсь в дерьмо, едва воскреснув. Мы должны думать глобально. И пусть «Цербер» позаботится о семьях бедолаг.

Полпути назад Шепард и Миранда провели в тишине, пока капитан не прервал молчание:
— Ну что, я прошел тест?
— Какой тест, капитан?
— Брось, Миранда, те люди в окне были явными трехмерными проекциями, подлинность которых мог лицезреть только дрон. Беспилотные истребители не делают с кабиной для пилота. Эти же явно муляжи из стекла и металла. Непрактично. А мини-реактор рядом с ядром ИИ. Миранда, я не конструктор, но и не идиот. Чтобы поставить меня в условия морального выбора, вы потратили слишком много ресурсов, можно было обойтись психологическом тестом «Насколько ты добрый?» в экстранете. Что ж, теперь Призрак в моих глазах — мужик с комплексами и широкими жестами.
— Тщеславный. Ты забыл «Тщеславный».
— Пока что я не буду задавать вопрос «Зачем все это?» Ваши проверки мне даже льстят.
— Вам нужно расслабиться.
— Ну так вперед! На Цитадель!


Mass Effect
Genesis Effect Coldminded 15:31:13
— Папа, а ты правда ненавидишь Спасителя? — расстроенно произнес Леон, пряча свои голубые глаза под челкой белых волос.
Услышав подобный вопрос от сына, Адриан от неожиданности потерял нить рассуждений в подготовляемом докладе.
Отвлекшись от кропотливой работы, он удивленно взглянул на своего сына. Ожидая ответа, Леон оторвал руку от нейросимбионта,
и его тонкие нежные щупальца, потеряв контакт с нервной системой владельца, втянулись в защитные коконы. Адриан упрекнул себя за то,
что подался на уговоры сына и купил ему нейросимбионта в столь юном возрасте. Своего о первого нейросимбионта он приобрел в двадцать лет,
работая как проклятый после учебы в академии, чтобы заработать на этого морфа. А когда дети получают доступ ко всем данным информаториума,
они начинают задавать слишком неуместные вопросы. И это он еще не поскупился и заказал особый ген для нейросимбионта сына, ограничивающий допуск к некоторым данным.
Подробнее…
— Нет, ты что? Почему ты это спрашиваешь? — ошарашенно спросил Адриан, выпрямляясь в мягком кожаном кресле, мышцы которого тут же напряглись, превращая полулежанку в крепкое, с твердой спинкой.
— Но я говорил с мамой, и она сказала, что ты хочешь доказать, что Спаситель — это вымысел, потому что ты его ненавидишь, — почти промямлим Леон, отворачивая глаза от отца.

Спаситель всемогущий. Лора, что ты делаешь?! Еще при нашем первом знакомстве она отличалась своей религиозностью, но земляне вообще отличаются своей ярой религиозностью. Кроме того, на фоне своей семьи она казалась вполне адекватным человеком. Но чем глубже я уходил в исследования доимперской эпохи, тем фанатичнее она становилась. Вот уже несколько лет мы с Лорой живем отдельно. Но ей до сих пор удается влиять на неокрепший ум Леона.

— Ну что ты, сынок. Твоя мать просто все не так поняла. Мои исследования, наоборот, научно доказывают существование Спасителя как исторической личности, — натянуто улыбаясь, произнес Адриан.
— Значит, все, все правда?! Спаситель своей безграничной силой остановил изуверские механизмы и сверг лживого ксенобога Цитадель, повелев низшим расам подчинятся его идеальным творениям — людям?! — обрадованно воскликнул Леон, проникновенно улыбаясь и смотря на Адриана своими бездонными голубыми глазами.

Адриан усилием воли заставил биоомнитул на своей руке заснуть, предвкушая долгую беседу со своим сыном. Беседа виделась Адриану не слишком приятной и очень утомительной. С другой стороны, если ему не удастся убедить в своей правоте собственного восьмилетнего сына, то в имперский исторический конгресс со своими находками можно даже не лезть. Собравшись с мыслями, Адриан начал.

— Понимаешь сынок, не все так просто, как кажется. Некоторые истории стоит понимать иносказательно. Одни были искажены из-за давности лет, другие не существовали вовсе, но несут некое послание, о котором нам должно помнить.
Леон смотрел на отца широко распахнутыми, полными непонимания глазами.
— С чего бы начать? Ты знаешь, какой была галактика до рождения Спасителя?
— Конечно. Все это знают. Галактика была темным местом, которой правили ксеносы, поклоняясь своему рукотворному божеству.
— То есть, ты считаешь Рилу злой ксеносткой, поклоняющийся темному божеству?
— Нет, тетя Рила хорошая, она читает мне сказки на ночь и говорит, что я выросту настоящим пилотом.
— Но тетя Рила — азари.

Леон задумался. В его детском разуме каким-то образом могла уживаться ксенофобская пропаганда экстремистов и любовь к своей няне азари. Несмотря на то что большинство людей считали иные расы существами низшего сорта (особенно подобные настроения были сильны на Земле и других планетах Солнечной системы), имперский закон практически ни в чем не ограничивает представителей нечеловеческих рас, предоставляя им те же права и обязанности, что и любым другой гражданин империи. Но, несмотря на это, немногие люди подпустили бы ксеноса к собственному чаду. Однако Адриан был прагматиком. И так как из-за работы ему редко удавалось заниматься воспитанием сына, он решил довериться в этом вопросе той, у кого был четырёхсотлетний опыт работы с детьми. К азари в империи вообще было особое отношение. Одни считали их второй расой после людей, другие — демонами искусителями, самыми опасными из ксеносов.

Немногие знают, что для создания нейросимбионтов, как собственно и для всех нейроинтерфейсов, использовались гены азари. Собственно, любое прямое подключение с помощью нейронных волокон — это маленькое “объятие вечности» с нейропроцессором морфа. Именно поэтому из азари получаются отличные пилоты и биопрограмисты. Из-за их природной способности к телепатическому общению. К сожалению, из-за той же способности они становятся лучшими биохакерами, способными взламывать чужие разумы через информаториум.

Адриан задумался над тем, что именно хочет рассказать своему сыну. О тех археологических данных, на сбор которых он потратил одиннадцать лет своей жизни? Об обществе Цитадели и культуре той эпохи? О сети ретрансляторов? О роли человечества в той эпохе? Нет. Все это слишком сложно для ума восьмилетнего мальчика. Эта информация рассчитана для ушей дряхлых стриков, выбравших своей профессией сдувание пыли с загадок прошлого. Адриан хотел объяснить сыну, что историю творят люди. Великие люди, а не воля высших сил.

— Леон, давай я расскажу тебе историю о том, как Спаситель остановил легионы изуверских интеллектов. Она будет отличаться от той, что тебе рассказывала твоя мать. Но поверь, в том, что я тебе расскажу, будет куда больше правды, чем во всем, что ты слышал о нем прежде.
Адриан не без удовольствия заметил, что Леон придвинулся к его креслу и с интересом вслушивался в каждое его слово. Наверное, ему очень хотелось приобщиться к страшной тайне, о которой даже не все взрослые знают.

— Во-первых, Спаситель не спускался с небес, чтобы вести человеческий род. Нет, он состоял из плоти и крови, как и мы с тобой. История его жизни и рождения утеряна из-за давности лет и навсегда останется для нас загадкой. Как собственно и его настоящие имя. Первые сведенья, которые мне удалось обнаружить, начинаются с того времени, когда он начал влиять на судьбу всей галактики, став первым Спектором человечества, и победил Властелина, посланника легионов изуверских интеллектов с армией железных миньонов.
— Спектором? — переспросил Леон незнакомое ему слово.
— Так называли лучших воинов своего времени на службе у правительства Цитадели. Что-то вроде имперских кустосов, — пояснил Адриан и продолжил: — То был его первый подвиг, но не последний и не самый великий. Смыслом его жизни после этого стала борьба с изуверскими интеллектами и их слугами, что хотели уничтожить все живое в галактике. Слава о его подвигах достигла самых дальних уголков галактики. И когда зло захватило прародину человечества, он объединил все расы в едином порыве уничтожить захватчиков. Сам же он выдвинулся в авангарде армии разумных. Но как бы не была сильна объединённая армия, враг был сильней. Машины не знали жалости и усталости, их было больше, а оружие мощней. Но у жителей галактики была надежда, имя ей было Горн. Древнее оружие против изуверских интеллектов, наследие давно исчезнувших рас. Но Горн можно было активировать лишь через Цитадель, давно захваченную врагом и находящуюся под охраной их легионов. Спаситель, во главе маленького отряда, состоящего из его самых верных соратников, пробрался через армии машин, пожертвовав собой, чтобы активировать Горн.

— А что было потом?! — Пораженно произнес Леон.
— Горн сработал. Огромная волна энергии прошла через сеть ретрансляторов, покрыв весь известный космос красным как кровь сиянием. Но оружие древних было куда сильней, чем он на то рассчитывал. Энергия Горна уничтожила не только огромные корабли машин и их механических слуг, но и всю электронику рас галактики.

— Что уничтожила? — непонимающе спросил Леон.
— Видишь ли, сынок, прежде чем человечество создало морфов, все разумные расы галактики использовали их механические и электронные аналоги. Вместо космократоров — космические корабли, вместо нейросимбионтов — компьютеры, вместо механоидов — машины и иная техника.
— То есть, люди раньше пользовались оружием изуверских интеллектов?
— Точнее будет сказать, что изуверские интеллекты пользовались нашим оружием, ведь любой изуверский интеллект был создан разумными. Они все творения разумных.
— И даже легионы, что пришли из межгалактической бездны?!

Об этом Адриан не подумал. Он так много времени потратил на изучение эпохи возвращения Жнецов, что совершенно не брал во внимание столь очевидный вопрос. Если все машины создавались разумными, а Жнецы были машинами, что истребляли разумных, то кто создал Жнецов? Но Леон не дал ему оформить эту мысль, продолжив задавать все новые и новые вопросы. Заставляя Адриана, полностью сосредоточиться на рассказе о давно минувших эпохах.

***

Несмотря на победу, галактика лежала в руинах. Звездные флоты всех разумных рас были уничтожены волной энергии, уничтожившей все оборудование на них. Ретрансляторы взорваны из-за перегрузки, и не было тех, кто знал бы, как их восстановить. Все колонии были отрезаны друг от друга и находились в хаосе из-за уничтожения всех вычислительных машин и сложной техники. Многие планеты впали в варварство. Другие полностью вымерли. Земле тоже пришлось несладко. Пережившая осаду машин, взрыв Горна и Цитадели на ее орбите. А после отключения всей электроники последовал метеоритный дождь из обездвиженных кораблей, что находились на орбите планеты. Еще лет двести Землю терзали голод, болезни, и войны вождей, каждый из которых мечтал о мировом господстве. Именно в это время и начала зарождаться Церковь Спасителя. Потому что в самый темный час людям просто необходимо верить в то, что кто-то охраняет их свыше. А о Спасителе шли невероятные легенды, и ни для кого не было секретом, что именно он остановил армию машин. Так из героя он стал легендой, а легенда стала богом. Лишь почти двести лет спустя одному из вождей удалось объединить под своими знаменами весь мир. То был Максимилиан Великий, именно он дал начало нашей империи. Захватив последний не подчинённый ему город, Максимилиан сменил меч на перо, направив все силы только родившегося государства на восстановления былого величия человечества. Почти три поколений ученых работали над восстановлением былого уровня технологий. Но вместо того, чтобы идти протоптанной дорогой, ученые Земли избрали иной путь развития. На то было много причин. Страх перед ИИ, ставшими ночными демонами, которыми пугали детей. Боязнь повторения трагедии, погубившей общество Цитадели. И влияние церкви Спасителя, ставшей главной религией империи, что объединила разобщенные народы Земли. Вместо этого, люди вспомнили о запрещённых и не развивавшихся ранее биотехнологиях. И вот почти восемьдесят лет спустя, был создан первый морф. Живой организм, выполняющий функции механизма. Второй и, наверное, главной победой человечества стало создание гравитационного прыжка. Космократоры, живые организмы, способные бороздить просторы космоса, по сути, являлись огромными биотиками, что были способны искривлять гравитационные поля, создавая кротовые норы, преодолевая тысячи световых лет за один прыжок. В пятом веке от активации Горна, или вознесения Спасителя, как это чаще называют, космократоры империи впервые покинули пределы Солнечной системы в поисках потерянных колоний. Это было жалкое зрелище. Большинство колоний погибли, поддерживаемые искусственно. Другие впали в варварство, и их жители вели племенной образ жизни. Третьи пытались восстановить былой уровень развития, восстанавливая потерянные технологии. Вскоре все они были возвращены в лоно империи. И тогда наступила очередь для иных рас галактики. Первое время в имперском сенате не утихал вопрос: что делать с иными расами галактики? Одни говорили, что их стоит истребить, пока они не подняли головы и не стали угрожать благополучию человечества. Другие говорили, что примитивные ксеносы так и останутся в каменном веке и их можно не трогать или использовать как рабов. Однако Август второй, внук Максимилиана, настоял на том, что человечество обязано принять иные расы в лоно империи, чтобы все разумные жили и трудились ради благополучия нашего великого государства. В итоге, все расы открытого космоса были присоединены к земной империи, так или иначе. Некоторые, такие как яги, были истреблены, чтобы не мешать стабильности империи. Остальные расы получили почти равные с людьми права.

***

— Как думаешь, а что произошло с создателями машин из темного космоса? — все не как не унимался Леон.
Адриан отвечал на вопросы сына всю поездку. Теперь, когда космократор, на котором они путешествовали, достиг планеты и сейчас совершал посадку на ее поверхности, Адриан с Леоном собирали свои пожитки, чтобы совершить пересадку на другой космократор, идущий до родного Элизиума. Несмотря на свою усталость, Адриан был рад, что начал этот разговор. Во-первых, у них не так много общих тем, о чем можно было бы поговорить с сыном. Во-вторых, Леон своим незамутнённым детским взглядом натолкнул его на множество пробелов в своем докладе. Над которыми Адриан собирался поработать ближайшее время.
— Не знаю, — ответил Адриан, пожимая плечами. — Возможно, их истребили их творения, или они вымерли естественным путем. Как бы там ни было, к моменту рождения Спасителя этой расы уже не существовало.
Как только они покинули теплый трюм космократора, их обдул холодный, мокрый воздух планеты.
— Бррр, что это за планета? — спросил Леон, укутываясь в свою куртку, которая, по сути, являлась живым существом, вырабатывающем тепло с внутренней стороны.
— Сейчас ее называют Пойсейдон в честь древнего водного бога. Из-за того, что она полностью покрыта океанам. Но насколько я знаю, раньше ее называли Деспойна, — отвечал Адриан, также неприятно ежась от холода.


Mass Effect
воскресенье, 18 ноября 2018 г.
С кометой Coldminded 14:30:31
– Не знаю, для чего я это записываю,– медленно произнес Джордж Такео Пикетт в парящий перед его лицом микрофон.
– Вряд ли кому-то доведется слушать запись. Говорят, комета пронесет нас по соседству с Землей только через два миллиона лет, когда будет снова огибать Солнце.
Просуществует ли человечество так долго? И будет ли комета такой же великолепной, какой увидели ее мы?
Возможно, наши потомки тоже снарядят экспедицию, чтобы взглянуть на нее поближе. И обнаружат ракету…
Даже через столько тысячелетий наш корабль будет в полном порядке. Останется горючее в баках, и воздух в отсеках – ведь продукты кончатся раньше, и мы умрем от голода, а не от удушья. Впрочем, вряд ли мы станем дожидаться этого, проще открыть воздушный шлюз и покончить сразу.
Подробнее…В детстве я читал книгу об арктических исследованиях – «Зимовка во льдах». Ну вот, что-то в этом роде ожидает нас. Мы со всех сторон окружены льдом, огромными ноздреватыми айсбергами, «Челенджер» летит среди роя ледяных глыб, которые очень медленно – сразу и не заметишь – вращаются вокруг друг друга. Но такой зимы не знала ни одна экспедиция на полюсы Земли. Почти все эти два миллиона лет будет держаться температура четыреста пятьдесят градусов ниже нуля по Фаренгейту. Мы. уйдем так далеко от Солнца, что тепла от него будет не больше, чем от звезд. Кто-нибудь пытался морозной зимней ночью греть руки в лучах Сириуса?
Нелепый образ, вдруг пришедший на ум Джорджу Пикетту, окончательно добил его. Перехватило голос, с такой силой нахлынули воспоминания о мерцающих в лунном свете сугробах, о перезвоне рождественских колоколов над краем, от которого его сейчас отделяло пятьдесят миллионов миль.
Внезапно он разрыдался, точно ребенок, не мог совладать с собой, с тоской по всему тому прекрасному на Земле, чего прежде не ценил по-настоящему и что теперь навсегда утрачено.
А как хорошо все началось, сколько было радостного возбуждения, ожиданий! Он помнил – неужели всего полгода прошло? – как впервые вышел из дому посмотреть на комету; незадолго перед тем восемнадцатилетний Джимм Рэндл увидел ее в самодельный телескоп и отправил свою знаменитую телеграмму в обсерваторию Маунт-Стромло. Тогда комета была едва заметным светящимся облачком, которое медленно скользило через созвездие Эридана, южнее экватора. Далеко за Марсом она мчалась к Солнцу по невероятно вытянутой орбите. В прошлый раз комета сияла на небе безлюдной Земли, и некому было любоваться ею; возможно, никого не будет, когда она появится вновь. Человечество в первый (и, быть может, единственный) раз видело комету Рэндла.
Приближаясь к Солнцу, она росла, выбрасывала струи и языки, самый маленький из которых был во сто крат больше Земли. Когда комета пересекла орбиту Марса, хвост ее – этакий исполинский вымпел, развеваемый космическим бризом,– протянулся уже на сорок миллионов миль. Тут наконец астрономы сообразили, что предстоит, пожалуй, самое великолепное небесное зрелище, какое когда-либо наблюдал человек; комета Галлея, которая являлась в 1986 году, не шла ни в какое сравнение. И организаторы Международного астрофизического десятилетия решили, если удастся вовремя снарядить экспедицию, послать вдогонку комете исследовательский корабль «Челенджер». Ведь может пройти не одно тысячелетие, прежде чем снова представится такой случай!
Неделю за неделей комета Рэндла в предрассветные часы сияла на небе, затмевая Млечный Путь. Вблизи Солнца она вновь ощутила зной, которого не испытывала с той поры, когда по Земле бродили мамонты. И активность ее росла; словно лучи мощного прожектора, плыли среди звезд струи светящегося газа, изверженные ее ядром. Хвост, теперь уже сто миллионов миль в длину, делился на замысловатые ленты и полосы, очертания которых менялись за одну ночь. И всегда они были устремлены прочь от Солнца, будто гонимые к звездам вечным могучим ветром из сердца солнечной системы.
Когда Джорджа Пикетта назначили на «Челенджер», он долго не мог поверить своему счастью. Конечно, сыграло роль то, что он кандидат наук, холостяк, славится отменным здоровьем, весит меньше ста двадцати фунтов и давно расстался с аппендиксом. Но разве мало других журналистов с такими данными?
Что ж, скоро они перестанут завидовать…
Грузоподъемность «Челенджера» была маловата, экспедиция не могла взять с собой только репортера, и Пикетт совмещал журналистские обязанности с научными. На деле это означало, что он вел вахтенный журнал во время дежурства, был секретарем начальника экспедиции, следил за расходом припасов и материалов, занимался учетом. Снова и снова думал он, как это кстати, что в космосе, в мире невесомости человеку достаточно трех часов сна в сутки.
Нужен был немалый такт, чтобы одно дело не шло в ущерб другому. Когда он не был занят бухгалтерией в своем закутке и не проверял наличие в кладовых, можно было побродить с магнитофоном по кораблю. Одного за другим Джордж Пикетт проинтервьюировал каждого из двадцати ученых и инженеров, которые составляли экипаж «Челенджера». Не все записи были переданы на Землю; некоторые интервью оказались перегруженными техническими подробностями, другие чересчур скудными, третьи излишне многословными. Во всяком случае, он побеседовал со всеми, и как будто никто не мог пожаловаться, что его обошли. Впрочем, теперь это уже не играет никакой роли…
Интересно, что сейчас делается в душе доктора Мартинса? Помнится, астроном был одним из самых твердых Орешков; зато он мог рассказать больше, чем кто-либо другой. Пикетту вдруг захотелось отыскать запись первого интервью Мартинса. Джордж великолепно понимал, что пытается уйти в прошлое, чтобы не думать о настоящем. Ну и что ж? Если это удастся, тем лучше!…
Двадцать миллионов миль отделяли от кометы стремительно летящий корабль, когда Джордж поймал Мартинса в обсерватории и приступил к допросу. Он хорошо помнил это интервью. Вид невесомого микрофона, слегка колеблемого воздушной струей от вентилятора, был до того необычным, что Пикетт никак не мог сосредоточиться. А по голосу ничего не заметно, звучит с профессиональной непринужденностью…
«Доктор Мартинс,– гласил первый вопрос,– из чего состоит комета Рэндла?»
«Состав сложный,– отвечал астроном,– и все время меняется по мере удаления кометы от Солнца. Хвост преимущественно из аммиака, метана, углекислого газа, водяных паров, циана…»
«Циана? Но ведь это ядовитый газ! Что было бы, если б Земля попала в такую струю?»
«Ничего. Несмотря на свой эффектный вид, хвост кометы, по нашим земным понятиям, чуть ли не вакуум. В объеме, равном объему Земли, газа столько же, сколько воздуха в пустой спичечной коробке».
«Но это разреженное вещество образует такое красочное зрелище!»
«Как и любой сильно разреженный газ в электрическом поле.